Ночью 20 февраля в московском спортсооружении, которое долгие годы считалось одной из главных кузниц фигурного катания в стране, произошло ЧП. Обрушилась крыша тренировочного катка ЦСКА — той самой арены, где оттачивали свои элементы Марк Кондратюк, Александр Самарин, Александра Трусова, Аделина Сотникова и многие другие ведущие фигуристы. Для нескольких поколений спортсменов этот лед был почти вторым домом, а потому случившееся стало ударом не только по инфраструктуре, но и по эмоциональному состоянию всего коллектива.
Еще за пару недель до происшествия на этом катке ежедневно работали известные тренеры: Елена Буянова, Анна Царева, Екатерина Моисеева. Их группы занимали лед с утра до вечера, готовясь к главным стартам сезона. После обрушения крыши все эти спортсмены оказались в подвешенном состоянии: нужно было срочно искать замену привычной арене, перестраивать график, вписываться в новые условия, где не всегда хватало времени и пространства.
Особенно остро последствия почувствовали фигуристки Мария Елисова и Мария Захарова, выступающие на взрослом уровне. В отличие от юниорки Софии Дзепке, которой, несмотря на вынужденный переезд, удалось стать победительницей финала юниорского Гран-при, взрослым спортсменкам справиться с нагрузкой и стрессом оказалось труднее — они остались без медалей на своих стартах. Перемена тренировочной базы в самый напряженный период сезона стала дополнительным испытанием.
Мария Елисова признается, что привычный ход подготовки был серьезно нарушен. По ее словам, переход на другой каток оказался непростым: пришлось заново адаптироваться к льду, к новому освещению, к другому ощущению пространства. Она отмечает, что долгие годы тренировалась на прежней арене, и любое изменение привычных условий неизбежно отражается на стабильности прокатов. При этом возникли проблемы и с расписанием: иногда льда не хватало, в другие дни, наоборот, на одной дорожке оказывалось слишком много спортсменов, и полноценная отработка сложных элементов становилась крайне затруднительной.
Мария Захарова, бронзовый призер чемпионата России 2026 года, оценила ситуацию еще жестче. Она рассказывает, что после ЧП сразу несколько групп были вынуждены делить между собой ограниченное ледовое время на новом катке. Тренировочные сессии напоминали «кашу» — на льду одновременно находилось слишком много людей, приходилось постоянно лавировать между другими спортсменами, что мешало разгоняться и собирать сложные каскады. Временные интервалы занятий, по словам спортсменки, сократились примерно вдвое, и это сильно выбило ее из привычного ритма. Захарова подчеркивает, что психологически это тоже тяжело: чувствуешь, что не успеваешь выполнить необходимый объем работы, а соревнования при этом никто не отменяет. В то же время она признает, что спортсмен должен быть готов к любым форс-мажорам и уметь подстраиваться.
Тренеры, работающие в системе ЦСКА, не скрывают, что до сих пор не понимают, как и в какие сроки будет решен вопрос с восстановлением пострадавшей арены. Руководство ждет результатов технической экспертизы, которая должна дать ответ: возможно ли восстановление здания и в каком виде. По словам Елены Буяновой, только чудом удалось избежать человеческих жертв — в момент обрушения на льду никого не было. Это обстоятельство в штабе называют настоящим везением, ведь в обычные дни в ночные и ранние утренние часы каток также иногда использовался для тренировок и работ по подготовке льда.
Для Буяновой и ее коллег особенно важно не только вернуть саму площадку, но и сохранить историческое наследие катка. Здесь выросли олимпийские чемпионы, чемпионы мира и Европы, именно на этом льду ставились программы, которые потом входили в историю спорта. Каток ЦСКА для многих фигуристов — не просто объект инфраструктуры, а часть их личной биографии, место, с которым связаны первые победы, падения, переходы на новые уровни сложности. Потеря такой арены, даже временная, воспринимается как утрата точки опоры.
Переезд на новый лед — всегда стресс, но для одиночников высокого уровня это особенно чувствительно. Каждый каток имеет свои особенности: жесткость покрытия, сцепление лезвий с ледовой поверхностью, температуру воздуха. Фигуристы неделями подстраивают технику под эти нюансы: отталкивание для прыжков, амплитуду вращений, даже траектории заходов. Когда всего за несколько дней до важных стартов приходится менять всю «геометрию» пространства, повышается риск ошибок и срывов элементов. Именно с этим столкнулись Елисова и Захарова — времени на адаптацию оказалось критически мало.
Организационный аспект тоже сыграл против спортсменок. Тренировочный процесс фигуристов — это строгая система, где каждая минута расписана: разминка, отработка прыжков, скольжения, программ, работа вне льда. Когда ледовые часы сокращаются вдвое, приходится чем-то жертвовать. Кто-то снимает часть усложнений в программе, кто-то идет на риск и пытается сохранить максимальную сложность при меньшем объеме подготовки. В условиях перенаселенного льда отработка четверных прыжков и сложных каскадов становится не только проблемной, но и потенциально опасной — велик шанс столкновения.
Нельзя недооценивать и психологический след от подобного ЧП. Для юных спортсменок сам факт того, что обрушилась крыша их «родного» катка, вызывает тревогу: ломается чувство безопасности. Место, где они проводили почти каждый день, вдруг становится символом угрозы. В такой обстановке особенно важна работа тренеров и психологов: нужно помочь спортсменам переключиться, сохранить веру в свои силы и в продолжение карьерного пути, несмотря на внешние обстоятельства.
Отдельная проблема — долгосрочное планирование. Пока нет четкого понимания, когда и в каком виде каток ЦСКА сможет вновь принимать спортсменов, тренерским штабам трудно выстроить стратегию подготовки на сезон вперед. В элитном спорте нельзя жить от недели к неделе: нужно заранее понимать, где и в каких условиях будут проходить сборы, какие площадки доступны для постановки новых программ и отработки прыжковой базы. Вынужденная миграция по аренам увеличивает утомляемость, отнимает время на дорогу, добавляет хаоса в и без того напряженный график.
В то же время подобные кризисы часто становятся испытанием на устойчивость системы. Для спортсменов это шанс проверить свою способность приспосабливаться к внешним изменениям и оставаться конкурентоспособными в любых условиях. Для клубов и федераций — повод еще раз оценить состояние спортивной инфраструктуры, пересмотреть подходы к безопасности, техническому обслуживанию и ремонту объектов, на которых ежедневно тренируются сотни детей и профессионалов.
История с обрушением крыши катка ЦСКА наглядно показала, насколько хрупким может оказаться привычный уклад в большом спорте. Одна ночь — и целая группа ведущих фигуристов оказывается без привычной базы. Но одновременно эта ситуация высветила и другую сторону — готовность людей внутри системы поддерживать друг друга, искать решения, делиться льдом, временем, ресурсами.
Сейчас остается ждать выводов экспертов и решений руководства. Фигуристы продолжают тренироваться там, где удается найти лед, приспосабливаются к новому расписанию и надеются, что их «домашняя» арена все же будет восстановлена. Для фигуристок, уже владеющих сложнейшими прыжками и претендующих на высокие места на крупнейших турнирах, крайне важно получить стабильные условия — и чем быстрее удастся решить вопрос с восстановлением инфраструктуры, тем выше шансы, что следующий сезон они встретят уже во всеоружии, а не в режиме постоянного форс-мажора.